Попутные записи

А сейчас разве ни, чуют они голос из вечерней полумглы. Из-за кучугурища парт появляется возле них Спартак Павлущенко. Он, видно, от Наташи. Он обпоений хмелем любви. Теперь я вижу, что любовь приходит сразу после контузии, говорит Духнович. Может, пусть бы и меня было грохнуло, чтобы я тоже этого меда испытать, А так остается только поздравлять [...]

Глаза были закрыты, он тяжело дышал, и кровянистая пена с каждым выдохом пухирилася ему в уголках губ. Духнович сел рядом Степури. Сидели они и молчали им чуять было, как раз в раз что-то будто клокочет Лагутину в груди и в горле. Рипив и рипив журавль колодца, где бойцы таскали воду трудным ведром, зеленели садики кругом, [...]

Ею шумят деревья, она разлита в воздухе, она в прекрасных глазах матерей, которые приносят им к грузовикив молока, во взглядах молодиц, которые стоят между подсолнечников, уныло положив грудь свои на плетни, и во взглядах девушек, которые тоскливо смотрят раненным бойцам вслед глазами рафаеливськои чистоты, Прощальное моление в глазах, вскрики, стон, канонада и тужба материнская — это [...]

Набрался духа и, замирая от неуверенности, от страха, добыл из себя сперва тихонько, едва слышно, а потом смиливише: Мама, Мама! И, задрав главу в небо, изо всех сил воскликнул, зшаленилий от радости: Мама! Я говорю!!! Рассвет, лучше всего в жизни рассвета, поднимаясь из-за терриконов, напомнило ему, что пора возвращаться в палату. Пробираясь полуосвещенным коридором, столкнулся [...]

. Когда тронулись дальше, Таня обратилась к гречанке: Запой, Олю, что-нибудь. И Ольга, так будто мелодия уже перед этим гучала ей в души, выхватила песню где-то из пивслова, из середины. Песня незнакомая — греческая. Ольг-гречанка родом из Приазовье, из Ногайських степей. Как-то рассказывала девушкам, что она и учила в греческой школе, такие школы были во многих [...]

Заметно похудели все, у Мороза аж скулы выпирают. Облекши окоп, ребята рассматривали Духновича и его курсантскую амуницию, которая была на нем в таком образцовом порядке.
Гладун бы похвалил. А я его только что встретил. Раненый бежал. Раненный? Разве и он наступал, Степура изумленно глянул на Мороза и Пидмогильного, которые лежали возле окопа. Не знаю, сказал Мороз.

А совесть лучше бога. «Совесть лучше бога» — это хотя записывай, улыбнулась Ольга к Тани. Пахнет под ногами холодная пылища, муром темнеет вдоль пути гущавинь посадки.
Марьяна в тьме зацепилась юбкой за какой-то боярышник, осторожно стала видчипати. Которая здесь посадка густая и колющая.
У вас, деду, ружье заряжено? Все как следует. И если бы это кто — парашютист их [...]

Порвало ему и грудь, и живот, кивнув на Лагутина, сказал Степура Духновичу. Мне тоже вот и у ноги, и в плечи понагоняло, Ну, где же перевязочний, и он глянул снова на Лагутина. Давай его на плащ-палатку, подползая к ним с плащ-палаткой, предложил сержант из второй роты Грицай. Лагутин аж заревел из боли, когда они вкладывали [...]

У вас есть основания не доверять Колосовському? Я считаю, товарищу батальонный комиссар, который логика здесь должны быть такая: человек, отец которой осужден советским судом, на основе наших советских законов, навряд или так уже искренне пойдет умирать за эти законы, за этот порядок. Во всяком случае, посылать такой человека к врагу в тыл. Ну-ну?
Я ничего не [...]

Он приказал немедленно собрать по всему эшелону паспорта, а также все другие гражданские документы и снести к нему в вагон. Вскоре перед комиссаром просто на полу на расстеленном листе жести лежала огромная груда сданных паспортов, студенческих матрикулов, удостоверений, Курсанты другой роты, с которой ехал комиссар, обступив его, непорозумило ждали: что он будет делать со всеми [...]